ГУЛАГ. 501-я стройка - UNREGISTERED VERSION

Перейти к содержимому

Главное меню

История станции Обская

БИБЛИОТЕКА > История

В десяти километрах от города Лабытнанги расположился большой жилой массив, который читателям известен как станция Обская. Это бывший поселок строителей железной дороги Обская – Бованенково.


История станции Обская

       Первые упоминания о территории, на которой располагается жилой поселок станции Обская, приходятся примерно на середину 1880 годов. В те годы в этих местам проходила вэрга – с национального языка «оленья тропа». Оленеводы, а затем и купцы, по этому пути ездили на Обдорскую ярмарку.

      По утверждению некоторых коренных жителей нашего округа, территория современной Обской считается вроде как, духовной «бездны». По верованиям северных народов, в этих местах обитал злой дух, который распространял на живущих рядом людей болезни и хвори. Человек, который ненароком сюда попадал, больше никогда не выходил из этих мест. Приближаясь к данной территории, наблюдался всплеск падежа оленей. Но не будем акцентировать особое внимание на сказаниях аборигенов Ямала, каждый человек имеет право на свое мнение.

      Известны также факты о появлении в этих местах изыскательных экспедиций. В книге Анатолия Константиновича Омельчука «К неведомым вершинам» затрагивается вот какой интересный момент.

       «В 1865 году архангельский губернатор господин Гартинг получил докладную записку, автор которой предлагал:

      …При возможности отпуска товаров чрез устье Печоры, самые отдаленные пункты Сибири приблизятся к заграничным рынкам на три месяца, но для сего необходимо устроить путь на расстоянии 150 верст чрез Уральские горы, на пространстве от впадения реки Левмы в реку Усу в Архангельской губернии, до в падения реки Ханмей в реку Обь и выход в Тобольскую губернию.»

       Естественно, из этих строк, особой информации не вычерпаешь. Но она и не противоречит нашим суждениям. В некоторых описательных пейзажах берегов сибирских рек можно найти «знакомые» места.

       В своих сочинениях один их исследователей и путешественников Шарль Рабо описывает удивительно схожие образы: «…На второй день путешествия в прозрачном свете прекрасного вечера, стоя на берегу бурлящей реки, за фиолетовой массой лесов появляется другая, более прекрасная картина. Через долину реки и замыкающий горизонт проглядывается Урал…».

   Для того чтобы начать рассказ о самом начале возникновения поселения на нынешней территории станции Обская, необходимо затронуть историю изыскательных работ по строительству уже известной нам железной дороги «Чум-Салехард-Игарка».

       Решительная   попытка создания приполярной же­лезной дороги была пред­принята в конце 40-х годов. Еще не кончилась война, когда Экономическое отде­ление Арктического НИИ, обобщая практику эксплу­атации Северного морского пути за советский период, особо подчеркнуло «необхо­димость скорейшего созда­ния в одном из районов по­лярного побережья Сибири крупной    промежуточной базы морских коммуника­ций». Новый порт предпо­лагалось использовать и для размещения основных сил Северного военного флота. За это активно ратовал известный полярник, адми­рал И. Д. Папанин. Идею поддержал и его соратник по дрейфу на льдине П. П. Ширшов, ставший к этому времени  помощником  и консультантом Молотова по вопросам освоения Севера. Планы нового строительства в Заполярье пришлись по душе Сталину. «Русский народ давно мечтает иметь надежный выход в Ледови­тый океан в Оби!» — эта сталинская фраза обеспечи­вала отныне необходимую «идейную надстройку» го­товящимся проектам. Между прочим, некоторые из бывших руководителей стройки утверждают, что при рассмотрении проекта дороги Сталин собственно­ручно изменил на карте трассу магистрали, откло­нив ее несколько к северу: «Академик Губкин предпо­лагает, что в этих местах должны быть нефтяные и газовые месторождения, - дорога может пригодиться при их разработке.».

       Изыскательные работы трассы начались еще в военном 1943 году. Уже этот факт иллюстрирует значение, придававшееся будущей стройки. Общая идея заключалась в созда­нии трансполярной магистрали, призванной пройти по всему Крайнему Северу, Сибири до Чу­котки и "спуститься" в Приморье, замкнув, таким образом, транс­портное кольцо. Дорога же Чум – Салехард - Игарка и соединение с Норильским промышленным рай­оном - виделись как первая оче­редь великого пути.

       В 1944 году ученые экономического отделения Арктического науч­но-исследовательского института составили доклад "Перспективы деятельности Главсевморпути в 1944 году". В нем особо подчеркивалась не­обходимость скорейшего создания в одном из районов полярного побе­режья Сибири крупной промежуточной базы морских коммуникаций (порта), опирающейся на сеть действующих железнодорожных сообще­ний. Другим немаловажным мотивом для начала строи­тельства были пиратские рейды фашистского линкора "Адмирал Шеер" и подводного флота фашистской Германии в Карском море и в районе Об­ской губы в 1942-1943 r. r., показавшие абсолютную незащищенность арктического побережья Сибири.

       На территорию нынешнего микрорайона Обская изыскательные работы пришли весной 1945 года. В своем личном дневнике один из изыскателей записал: «Мы разбили лагерь на живописном берегу реки Ханмей в двадцати километрах от деревни Лабытнанги. Решено обследовать территорию от реки к Лабытнангам». Тот же автор продолжает: «… В основном болотистое место…  Через три километра попадаем на сухую твердую почву, состоящую из песка и крупной «гальки». Камни также попадаются и крупных размеров. Предполагаем, что они специально привезены с Полярного Урала… Болотистая почва только в некоторых местах, в основном, территория представляет производственный интерес…».

       Если судить по обрывочным воспоминаниям, которые попали к нашему руководителю, именно в начале июня 1945 года, изыскательский отряд в составе пяти человек соорудили навесной шалаш и стали обстраиваться. Увы, пожелтевшие страницы не сохранили имен этих людей и автора этих описаний. Также и не чего не дали поиски в Государственных «открытых» архивах. Предположительно, материалы осели в какой-нибудь производственной конторе, сотрудники которой и осуществляли изыскательские работы. Ниже, я представляю полные воспоминания, о которых я упоминала выше.

          «… С Омска на небольшом суденышке, мы приехали в Лабытнанги. Не буду рассказывать подробности поездки, но… (прим. автора  - предложения часто обрываются на половине). Переночевав у Михаила Никитича Канева, пешком отправились в сторону реки Ханмей. Идти было трудно: грязь, водные преграды, местами рыхлый снег. Мы проваливались до колен. Одежда промокла, ног от холодной воды не чувствовали… Лагерь разбили на живописном берегу реки Ханмей в двадцати километрах от деревни Лабытнанги. Развели костер. Обогрелись и стали обустраивать территорию. Для начала избавились от лишних кустов и небольших деревьев. Затем, занялись выкапыванием для землянки котлована. Укрепления для крыши выстругали из высоких лиственниц, которых в этом месте было много. По периметру пять метров с каждой стороны будущей землянки, освободили территорию от лишних листьев, травы, кустов и небольших деревьев. Завтра намечена первая вылазка на обозначенную начальником территорию… Воды очень много, приходится делать обходы на целые десятки метров… Стали подыматься на возвышенность. Здесь почва уже твердая. Берем пробы: попадается песок с различными органическими примесями, изредка каменистые породы. В пяти метрах замечаем камень больших размеров между тремя лиственницами и березой изогнутой в разные стороны. На деревьях развешены красные ленты, а у основания черепа и кости оленей… Второй день начался с заготовки бревен для строительства избы под производственные нужды. До вечера устанавливали фундамент… Дни шли, мы почти обошли сотню километров: всю тундру вдоль и поперек между «ханмейской долиной» и деревней Лабытнанги…».

         Увы, пожелтевшие страницы не сохранили имен этих людей и автора этих описаний. Также и ни чего не дали поиски в Государственных «открытых» архивах. Предположительно, материалы осели в какой-нибудь производственной конторе, сотрудники которой и осуществляли изыскательские работы.   Нам не известна дальнейшая история этого изыскательного отряда.

          Доказательство этого мы находим в воспоминаниях Константина Генриховича Гринберга, который  в своем рассказе о временах строительства железной дороги «Чум – Салехард - Игарка», слегка затронул тему таинственного изыскательного отряда. Вот что он сказал: «… Мы вели все работы, в основном по проектно-изыскательным документам, которые сформировали члены первой экспедиции. Их данные были более достоверны… Где-то у берегов реки Ханмей, до сих пор стоит их изба слегка подкошенная. Мы еще в 60-е годы с мужиками останавливались в ней…».

       Думаю, данным воспоминанием, мы уверились, что первые поселенцы на станции Обская поселились именно в 1945 году. Поэтому можно смело утверждать, что Обской около шестидесяти лет..

«Лагерная жизнь» на Обской

      «Лагерная жизнь» Обской началась 26 июня 1946 года. Эта дата связана с приездом специализированной комиссии производственного отдела СевЖелДорЛага. В ее состав входили специалисты в разных областях: строители, инженеры, географы, агрономы, сотрудники правоохранительных органов, летчики. Всего в списке этой «компании» значилось более 15 человек, во главе которых стоял будущий начальник Обского исправительно-трудового лагеря Владимир Соколов. В задачу комиссии входила разработка проекта возведения жилых помещений и производственных объектов, обустройство территории будущего поселка строителей железной дороги. Уже тогда были четко определены месторасположения колоний, и тогда же был присвоен номер строительному производственному отделению - пять.

        Вместе с комиссией прибыли 50 человек заключенных и 12 охранников.   Первые строители размещались в землянках, крышей которых служил брезент. До сих пор в некоторых местах тундры вблизи Обской встречаются небольшие котлованы с остатками бревен.

        В августе на Обскую из Омска прибыли 200 человек заключенных. Их разместили в таких же землянках, что и первую бригаду строителей. Уже в конце августа 1946 года на Обской было сдано в эксплуатацию пятнадцать  производственных объектов и двадцать четыре жилых помещения. Колония, получившая номер 201, была полностью готова для заселения. Заканчивалось возведение и других зон. К октябрю стали подвозить новых заключенных. Обская оживилась. Под общим названием – Строительное производственное отделение № 5 объединилось девять колоний. На всех участках жилого фонда осуществляли свою деятельность два продовольственных магазина, два хозяйственных и три киоска. Кроме того, почти в каждой колонне, работали торговые точки, где заключенные и сотрудники зон, могли приобрести самое необходимое.11

           В акте по проверке приказов и распоряжений за 18 февраля 1949 года говориться, что общее количество заключенных, содержащихся на пятом отделении, отбывающих свой срок составляет 21484 человека, из них 2346 женщин. Заключенные на Пятом отделении Обского лагеря  размещены в 3 жилых зонах, 9 колоннах, 6 командировках 1 лазарете. Однако большее количество заключенных проживало вне зон, будучи расконвоированными и лишь появляющихся два раза в сутки на отметку в охране соответствующих подразделений. Для таких заключенных на пятом отделении был построен спецпоселок без колючей проволоки и без ограждений. В поселке работал магазин, где любой человек мог приобрести необходимые ему продукты. А желающие получить среднее образование, могли посещать школу, которая находилась в том же поселке.

        Охрана и администрация жили в поселке почти все с семьями. Поэтому здесь была средняя школа на сто мест, детский сад на сорок мест, дом культуры на триста мест.   Кроме небольших медпунктов в каждой зоне в Обской находилась стационарная больница. Она представляла собой целый комплекс, в который входили: терапевтическое отделение, хирургическое, роддом.12

        Хочется особо отметить, что на Обской заключенными был построен аэродром, которым потом даже не воспользовались. Хотя, некоторые свидетели и участники строительства нашей «железки» утверждают, что на эту площадку садилось за все существование Обского ИТЛ два самолета со спецкомиссией,  которая проверяла готовность встречи первого паровоза.13

          Вернемся к состоянию колоний Пятого отделения. Из приведенных ниже фактов, истинная картина «лагерной» Обской предстает перед нами почти в полном обличии.

         Из акта по проверке приказов и распоряжений от 18 февраля 1949 года:

         «… Бытовые условия в большинстве подразделений организованы неплохо, но в отдельных взводах  неудовлетворительны для солдат и командного состава, так например, при колонне № 205, пятого отделения в темной сырой землянке размещены два взвода, охраняющие 201 и 202 колонны. Солдаты спят на двухъярусных сплошных нарах, без постельных принадлежностей. Самоохрана помещается вместе с солдатами, так как 70 человек в этой землянке имеется только 40 мест. Солдаты спят поочередно на тех же постелях. В этой же землянке отгорожена кабинка для командира взвода. Строящийся новый барак для охраны может вместить только один взвод. Охрана помещается в землянках других взводов Пятого отделения. Всего ими занято 18 землянок. Низка обеспеченность жильем в пятом строительном отделении – 1,39 кв. метра на одного человека. На колонне № 201 Пятого отделения 530 заключенных размещены в первом сборно-щитовом бараке и четырех землянках. В землянках тесно. Сыро и тяжелый спертый воздух. Средняя обеспеченность жилплощадью заключенного составляет 1,1 кв. метра. На колонне № 202 Пятого отделения хорошее здание кухни, вследствие бесхозяйственности начальника колонны, портится, обвалилась штукатурка потолка и стен, началось гниение деревянных частей щитового дома. Пароотводы из котлов сделаны плохо и замерзают. Пар заполняет помещение. Разведена сырость. В пятом отделении на колонн 201 внутри мужской зоны в отдельной комнате проживает семь женщин, а прибывшая на гастроли из Абези театральная группа целиком расселена на одной секции барака. Мужчины и женщины спят вперемешку на одних нарах…».14        

         Любой архивный документ, отражающий тот или иной факт, является самым достоверным источником информации. Но не все исторические материалы затрагивают все волнующие нас события. Есть факты, о которых можно узнать, только от свидетелей происходящего.

          С помощью воспоминаний Василия Константиновича Кромова, приоткрывается еще одна тайна 501 –стройки:

         - Около года я сидел на пересыльной в Печоре. Затем в 1948 году меня этапировали в Лабытнангскую пересылку. Условия жизни были никчемные. В Лабытнангах мы жили в одном бараке, а в нем около полторы сотни. И вы представить себе не можете, что это такое. Ночью душно, днем не протолкнутся. Все, кто ждал направления, жили в одном бараке. Там все вместе: бытовики, зэки со стажем и политические. Молодым парням приходилось не спать ночью, потому что ночь была любимым временем суток для зэков. Они то и дело задирались на слабеньких. Помню, даже одного щупленького мальца они сперва изнасиловали при всех, а потом подвесили обнаженным к потолку и оставили на всю ночь. Утром парня нашли мертвым. Около года я проторчал в этом бараке, а потом был переведен в 204 колонию на станцию Обская. Заключенные на колониях выполняли всю грязную работу. Отсыпка грунта на отдаленных участках. Иногда приходилось сутками находится без еды, изнывая от жажды. Одежонка, у нас была почти ни какая. Спецовка из мешковины, а зимой фуфайка ободранная, да и шапка-ушанка. Около пяти месяцев я переходил из бригады в бригаду: то отсыпкой занимался, то так, еще чем нибудь. В 1949 при нашей колонии была создана спец бригада, которая занималась распределением мест для захоронения заключенных. Так я и попал в могильщики.

          Бригада состояла из 12 человек. Она же делилась на две группы, в группе по шесть человек. Первая группа занималась выбором мест для захоронений, а также закапыванием и выкапыванием могил. В обязанности второй входила перевозка трупов, заполнение документации и скомканный обряд погребения. Я входил в первую группу. В бригаде имелся и транспорт: небольшой экскаватор для особых нужд, два самосвала, а также в нашем арсенале имелись и лошади. Мы обслуживали все колонии, начиная с Харпа и заканчивая Лабытнангами. Скажу сразу, работы было много. В день в разных местах мы хоронили по десять трупов. Иногда приходилось делать общие захоронения. Большое кладбище было в районе Обской, также в Харпе, да и вокруг Лабытнаног где-то около пяти больших кладбищ было.

Место для захоронения выбиралось по особому принципу. В этот принцип был внесен и пункт о хорошей земле. Нельзя было хоронить около озер. Обычно хоронили в одном километре от зон.

           В районе станции Обская было около 400 могил, не считая 250 детских. На детское кладбище свозили умерших детей со всех околотков и зоновских детских домов. Также где-то около 20 могил общих. Иногда ведь приходилось хоронить по пять трупов в одной яме. А как-то мы закапали в одной могиле 10 младенцев. Места то было мало, а расширять захоронения не разрешали. Скажу по секрету, было и отдельное кладбище, это где сейчас «очистные», в 2-3 километрах, наверное. Якобы на нем хоронили деток, родившихся с физиологическими отклонениями. Но ими занимались другие люди. Помню, в том районе мы выкопали около 10 могил. Трупов не видели, поэтому точно не скажу. По слухам, особо уродливых убивали сами врачи и сразу закапывали, иногда и сами. Бывало, что приходилось хоронить и под деревом одного из зданий колонии. Так время то, какое было! Советская власть старалась оберегать от душевных потрясений своих граждан. Ни в коем случае, мы не должны были кому-то рассказывать, подписывали даже бумагу о неразглашении тайны. Пугали, что к нашему сроку еще несколько годков накинули. Это сейчас вам я рассказываю, хотя сам  боюсь. Ну, мало ли…

           Кстати, между прочим, на кладбище станции Обская есть несколько могил англичан. Я даже могу точно сказать их имена, потому что их оформлял сам, а запомнил из-за странности произношения: Джек Долинс, Френк Фибл, Бил Хампли. Не  знаю, что вам эти имена дадут, но может, они вам будут интересны. Этих англичан содержали в 201 колонии, в отдельном небольшом бараке, обтянутый по периметру тройным забором из колючей проволоки. Этот барак стоял в небольшой отдаленности от основных строений зоны и поэтому англичан охранял взвод солдат. Как они туда попали, что за люди, не понятно. Расскажу, почему помню именно их. Дело в том, что эти троя, вздумали сбежать. И знаете, им это удалось, потому что на стройке организация охраны заключенных была даже не на среднем уровне. Но как зачастую это бывает, сбежавших ловят и удачно. Так случилось и на этот раз. Но при задержании эта тройка оказала сопротивление, и в результате чего их расстреляли. Наша бригада их похоронила и все…       

           Обряд погребения – это мягко сказано. Труп заворачивали в плотное покрывало, обвязывали веревками и кидали в яму, а потом со словами «Покойся с миром», да и закапывали. Но чаще всего сколачивали из досок гробик и так хоронили. Древесины было много, поэтому гробы были добротными. Выстругивали гробы также мужики из нашей бригады. Поэтому работы было много…

           То, что мы попали в эту бригаду, можно сказать, нам повезло в каком-то смысле. Наш распорядок начинался с семи часов. Мы жили в отдельной избе с решетками на окнах. Охраны большой не было, всего два охранника. Кормили хорошо, вечером даже 50 гр. давали. Мы были на отдельном счету. В семь – подъем, в 7.30 шли на завтрак, затем развод, 13.00 –обед, после опять работа и ужин в 22.00. Иногда, правда, бывали и такие дни, когда мы ложились в 2 часа ночи.

           Интересного ни чего не было. Да и что там интересного, делать такую работу. В этом разве интерес?

           После ликвидации нашей колонии в 1952 году, весь состав бригады отправили за Салехард. Вот там то нам пришлось поработать. Колонии были почти на каждом километре и люди там умирали целыми бригадами. В общем, работы было много. Что самое интересное, нас заставляли политических хоронить отдельно от других заключенных. Чаще всего на многие кладбища, мы не ставили ни каких знаков о захоронении. Просто закапывали и все.

           В бригаде велся специальный журнал, в котором мы записывали место захоронения, количество могил и данные похороненных. Также существовала карта, на которую наносились захоронения. Кстати, во многих колониях был план всей близлежащей зон, включая кладбище. Ни какой документации не велось по детям. А почему, не знаем. Может где-то какая-то бумажка и есть, но мы такой документ не готовили. Потом мы всю документацию передали начальству, поэтому, что с ней случилось я не знаю.

          В 1954 году меня освободили досрочно, как было написано в деле «за хорошее поведение». Да и зачем мы им нужны были, ведь колонии ликвидировались, и держать целую бригаду могильщиков стало неэкономно. Правда, мы НКВДэшникам оказали еще одну медвежью услугу, свели на нет некоторые кладбища. Поэтому трудно сейчас точно сказать, где нет захоронений. Да и годы берут свое, многое забываешь. Жизнь-то насыщенная была, наполненная разных приключений. И стараешься вспомнить что-то интересное и радующее душу, а плохое хочешь забыть.15

            Лагерная жизнь на Обской закончилась после ликвидации Обского ИТЛ 31 декабря 1952 года. Все структурные подразделения переправили в Салехард для создания Обского ИТЛ 501 строительства. Ликвидация Пятого отделения прошла почти молниеносно, все значимые сооружения полностью перебросили через Обь на другой берег.

         После официального закрытия Пятого отделения, с Обской стали выезжать люди. Жителей с каждым днем становилось меньше. 22 февраля 1953 года по приказу начальника Обского Управления 501 строительства В.В. Самодурова,  Обская превратилась в небольшой полустанок, с функцией передвижной станции и вошла в состав, только что создавшегося, шестого отделения. По состоянию на январь 1954 года на разъезде Обский проживало всего 250 человек. Из них 150 были приезжие, как их сейчас принято называть - «гастролеры». 16

          С окончанием строительства, поселок Обская был забыт. Уже к началу 1960 года там проживало двенадцать человек, которые следили за состоянием железнодорожного участка. Редкие охотники, рыбаки и грибники заходили в эти места… до 1985 года. Но об этом в следующей части.

«Новая» точка на карте.
            Еще в конце 1984 года на станции Обская было всего лишь несколько пристанционных зданий. А за каких-то два года Обская превратилась в большой промышленный и жилой массив. Новую жизнь в прошлом «зэковский» поселок вдохнуло развернувшееся на Ямале строительство железной дороги, дающей доступ к нефтяным и газовым месторождениям полуострова.

             Итак, третий этап развития станции Обская связан со следующим событием, 10 августа 1986 года в насыпь  железнодорожной ветки  линии «Обская-Бованенково» был уложен первый кубометр грунта. Данная дата служит Днем рождения современной станции Обская. Посвященная этому событию, на тринадцатом километре от Лабытнаног, до сих пор возвышается памятная стела, которая служит «эмблемой» станции Обская.

         На Всесоюзную ударную стройку, которой была объявлена железная дорога «Обская-Бованенково», прибыли не только ветераны БАМа и Троицко-Печорской дороги, но и комсомольские бригады почти со всего Советского Союза.

          Для строителей на Обской был построен временный жилой посёлок на 2 тысячи жителей. В распоряжении строителей магистрали работали: 6 магазинов, комбинат бытового обслуживания, спортзал, клуб, школа, 2 детских сада, больница, пекарня, баня и многое другое.

       За один год численность жителей Обской выросла до четырех тысяч человек. С чем же был связан большой приток населения? На этот вопрос дается ответ в одной из статей Г. Вигдоровой, опубликованной в «Пресс-информации», которую выпускал Трест «Севстроймеханизации»: «Как ни странно, именно благоустроенность сыграла здесь отрицательную роль. Попадая в приличные условия и видя масштабы жилищного строительства, рабочие стали привозить семьи. Руководство производственных подразделений вынуждено  было прибегнуть к крайней мере: принимать на работу только при одном условии – без семьи. Но и это не остановило приток населения».17

     Для детей строителей была построена школа, известная нам сегодня, как школа № 5.  Школа на 320 мест, а обучается в ней 726 ребят. Занимались в ней в две полностью загруженные смены. Вот что рассказывает в бытности завуч «первой» школы на Обской Нина Владимировна Кузина: «В школе подобрался дружный, высококвалифицированный педагогический коллектив. Многие учителя работали прямо-таки самоотверженно, не считаясь с личным временем. И это помогало преодолевать многие трудности.».18

        В те годы на Обской, с энтузиазмом возводились объекты соцкультбыта. На Обской работало молодежное кафе, построить которое предложила  комсомольская организация ПСМО на сэкономленные средства, в свободное от основной работы время. Интересный факт для нас - оказывается Обской дом культуры, возводился дважды. Первое здание сгорело.  Второе возводили комсомольские бригады. Как и сейчас, перед работниками ДК стояло множество проблем: это нехватка в зрительном зале мест. В те годы дом культуры (клуб) был «цитаделью» культурной жизни на Обской. Мне удалось в одной публикации найти информацию о работе клуба:  «...Особенно часто здесь бывают старшеклассники, тем более что школа рядом. Среди активистов клуба – молодые рабочие Николай Иванов (СМП-352), Александр Ляшек (СМП-351), инженер-энергетик ПСМО Марина Фетисова. В плане работы клуба много интересных мероприятий. Всем понравился вечер, посвященный памяти Высоцкого. Удался восьмомартовский концерт «От всей души». Уже дважды организовывался смотр художественной самодеятельности.19

         Поселок жил своей жизнью. Стали появляться первые коренные жители, которые сейчас Обскую считают уже своей Родиной…

История современной Обской.
       Забылись масштабные митинги, шумные праздники по сдаче в эксплуатацию еще одного десятка километража железной дороги «Обская – Бованенково». Сегодня у нынешних жителей станции Обская другие проблемы.

          Сейчас Обская представляет собой большой жилой массив с хорошо развитой инфраструктурой и почти с семитысячным населением.

         В некогда поселке строителей, для детей успешно работает библиотека, музыкальная школа и два полностью оборудованных спортзала. Более двадцати лет на Обской работает дом культуры. На его сцене выступают не только юные звездочки и звезды местной самодеятельности, но и эстрадные исполнители федерального значения, известные всей России.

          Школы на Обской не только - просто общеобразовательные учреждения, но это еще и центры дополнительного образования и культуры молодежи.

         Общеобразовательные учреждения на Обской представлены средней школой №5 и МОУ СОШ № 6. В них обучается более 840 учащихся. Образовательный процесс в Обских школах осуществляют 88 профессиональных и понимающих педагогов. В каждой школе работают группы продленного дня, в которых учащиеся первой ступени проводят интересно своё свободное время. Учащиеся Обских школ неоднократно становились  призерами различных городских, окружных, общероссийских, международных конкурсов и олимпиад. 20     

     Дошкольное образование на станции Обская представляют два детских учреждения: «Ягодка» и «Пингвин». Их посещает более 300 ребятишек. Осуществляют воспитательно-образовательный процесс и обслуживают детей 87 работников. В детских садах активно используются коррекционные программы, работающие по оздоровительной профилактической работе по предупреждению заболеваемости детей. Также в детских садах, большое внимание отдаётся изучению детьми флоры и фауны Родного края. 21

       На Обской базируется множество крупных промышленных и строительных организаций. Одна из них – это открытое акционерное общество «Ямалтрансстрой», которое, как нам уже известно с информации напечатанной выше, является «образующим» предприятием современной станции Обская. До сих пор сотрудники ОАО «Ямалтрансстрой» активно работают с детскими учреждениями и занимаются благоустройством микрорайона Обская.

     Сегодня ямальские власти, совместно с иностранными инвесторами выбирают место для возведения завода пол производству метанола. Одним из вариантов его местонахождения рассматривается станция Обская. Расположение вблизи Обской позволит решить множество проблем, некоторые из них: безработица и нехватка финансовых средств городского бюджета. Но как этот завод решает проблемы, так он их и может создать. Вопросов у постоянных жителей микрорайона Обская множество. Один из них касается экологии, а не приведет ли такое строительство каким-либо нарушением в эко-природной среде, которая известна многим жителям Лабытнаног и Салехарда? На данный вопрос пока нет ответа. Специалисты работают. Поэтому, поживем  - увидим.

      Жители Обской очень любят Родной поселок, который находится в одном из замечательных мест нашего округа. Территория близи поселка богата грибами и ягодами. Также в районе Обской множество уникальных пейзажей – любимых мест для отдыха лабытнангцев. Многие праздники городского масштаба проходят на берегу горной реки Ханмей, текущей недалеко от Обской. Нетронутость природы многих живописных мест, даёт почву для создания литературных трудов поэтам и писателям. Отсюда же черпают своё вдохновение многие известные пейзажисты Ямала…

Александр Сафонов
старший научный сотрудник
Лабытнангского городского
краеведческого музея

Яндекс.Метрика
Яндекс.Метрика
Поиск
Назад к содержимому | Назад к главному меню